Снежный король [= Кровавая свадьба ] - Лариса Соболева

– Выходит, Марат убил папу, а потом и Германа?

Пауза, казалось, выражает единодушное мнение, но Андрей все же предостерег ее:

– Я бы не торопился с выводами, обвинение слишком серьезное. Почему ты не допускаешь, что Марат заскочил на секунду к твоему отцу предупредить о начале фейерверка? Затем сразу же выбежал, что не попало в кадр, а другой человек следом зашел к отцу.

– Не допускаю, – вспылила Света. – Герман четко написал: «Рита» и «слова». Писал, зная, что умирает. Он был уверен, что, отыскав тетрадь, Рита и я поймем, кто убил папу, значит, и его. В тетради есть тот, кто убил папу и Германа! Вы ведь все уверены, что сделал это Марат.

– И все-таки, Света, не стоит спешить.

– У нас есть Белла, – вспомнила она. – Я хочу немедленно поехать к ней.

– Ага, так она и расколется, – сказал «Валерия». – Делать ей больше нечего.

– Понимаете, – в раздумье произнес Андрей, – если это действительно Марат, а Белла его сообщница, подумайте, куда лезете. Его отец не допустит, чтобы сын попал в тюрьму как убийца. Да вас, Риту и меня сметут с лица земли. Нужны абсолютные доказательства, а потом уж... Также меня волнует Болт, возможно, замешан Михасик... Ребята, это очень опасно. Но что-то делать надо. Дайте мне тайм-аут, я должен хорошенько все обдумать. Пару дней прошу у вас. Вы же пока не предпринимайте ничего, ладно? И никого сюда не пускайте.

– Даже Марата? – желчно спросила Света.

– Его тем более.

Явно озадаченный Андрей ушел, а Дима схватил тетрадь, листал, что-то в уме складывал, шевеля губами. Светлана подошла к нему с виноватой миной:

– Дима, ты сердишься на меня?

– Уже нет. А вообще запомни: болтун – находка для шпиона. Теперь вот что. Я отсиживаться не собираюсь, это тоже опасно. Мы должны точно знать, Марат убил или кто-то другой. Должны знать, кого нам остерегаться. Я вот о чем: Егор видел убийцу, так? А если допустить, что Егор встретил Митю после того, как убили Феликса? Мог он довериться Мите, в запале рассказать ему об увиденном?

– Мог, – без сомнений сказала Света. – Они дружили.

– Вот и я подумал о том же. А Герман вычеркнул его.

– Поедем к Мите?

– Стой, дуреха, – удержал ее Дима. – Он тебе ничего не скажет, ты уже пыталась выяснить. Его надо так придавить, чтобы выложил все до копейки. А если и под страхом смерти не скажет, то действительно не знает. Короче, Баклажан, напяливай свой самый отпадный наряд, без тебя не обойдемся.

– Мама, забери меня в Африку. – Валера побрел к себе в комнату. – Лучше с обезьянами есть бананы, чем погибнуть. Она предупреждала, чтобы я не водился с калеками на голову, она говорила...

– Баклажан, живей! – прикрикнул на друга Дима. – Светка, бинокль есть? Тащи. Еще портативный магнитофон или диктофон – что есть неси. Только чтобы работал от батарей.

Через час они выехали.

Тем временем Андрей предложил Рите поужинать в ресторане. Врачи обнадежили ее, матери теперь необходимы уход и спокойная обстановка, так что есть повод отметить благополучный исход. По дороге он, смеясь, поведал о трех «сыщиках», правда, Рита не разделяла его насмешек:

– По-моему, ребята правы, подозревая Марата.

– Нет, не правы, – возразил он. – В холле спал Ступин, спал недалеко от кабинета. Понимаешь, к чему я веду?

– Боже мой, его прижать не удастся, – повесила нос Рита.

– Да, это проблема... Беллу следует раскрутить. Но сначала каким-то образом надо выяснить, в сумочке глушитель был, как предположил Герман, или что другое. До этого не стоит и пробовать. Я неплохо знаю Беллу, она уверовала в собственную исключительность, от всех требует поклонения, деньги любит. Она могла пойти на сговор за определенную сумму. Но в таком случае, как объяснить ее теплые отношения с Германом? Принесла в сумочке пистолет, отдала его убийце, при этом активно добивалась Германа? Что-то уж очень витиевато.

– А не она ли убила Феликса?

– Нет, – со смешком произнес он. – Белла при всей ее алчности не пойдет на убийство, нет. Допустим, ее подослали к Герману, а зачем? Герман жирный кусок, о котором можно только мечтать, и она этот кусок держала в руках. Не понимаю, нет. Надо знать, что лежало в сумке, а не гадать.

Едва сделали заказ, как вдруг явление. Белла прямиком и весьма решительно прошествовала к столику Андрея с Ритой. Не дожидаясь приглашения, плюхнулась на стул и буквально испепелила фиалковыми глазами Риту. Андрей ее встретил грубо.

– В чем дело?

А Белла приковала глаза к Рите, меча искры.

– Ты не расслышала? В чем дело?

Она на него ноль внимания, и адресовала свой гнев Рите:

– Убила Германа, а теперь по ресторанам гуляешь? Следующего обрабатываешь?

Лицо Риты залила алая краска. За соседними столиками приумолкли, с интересом наблюдали за надвигающимся скандалом. От стыда, будто виновата, Рита опустила голову и готова была провалиться сквозь землю.

– Убирайся, – стараясь, чтобы слышали только обе женщины, процедил Андрей.

– Ты мне?! – У Беллы задрожал подбородок, фиалки затуманились слезами, тем не менее, она повысила голос, ее-то слышали посторонние: – Посмотри на нее хорошенько, она же аферистка. Уговорила Германа написать завещание... Пусти!

Андрей схватил Беллу сзади и выволок из зала. Бармен за стойкой включил музыку громче, а Рита подняла глаза на дверь, мечтая испариться. В холле Белла, жестикулируя, что-то доказывала Андрею. Когда же она замолчала, он бросил ей несколько слов, Белла запахнула пальто и выскочила на улицу, он вернулся к Рите, которая тихо попросила:

– Прошу тебя, уйдем. Не могу здесь оставаться.

Инцидент испортил вечер.

Троица ждала Митю в районе многоэтажек. Предварительно Валера попросил мальчишку, гонявшего во дворе с ребятами, узнать, дома ли он. Получив несколько рублей, мальчик выяснил, что интересующий их объект в институте. Дело шло к одиннадцати часам, как вдруг Света на заднем сиденье заелозила, глядя в бинокль:

– Идет. Он!

– Баклажан, вперед! – скомандовал Дима.

– Сам знаю, – буркнул Валера, вылезая из авто.

Поправив короткую юбку, Валера быстрыми перебежками, прячась за деревьями, достиг тротуара и стремительно пошел навстречу Мите, «нечаянно» налетел на него и упал.

– Боже, моя нога... – застонал он. – Смотреть надо! Какая досада, колготки порвала. Ну и как я теперь появлюсь в таком виде у друзей? Помоги же, черт возьми! Чего стоишь?

– Извините, – пролепетал Митя, помогая «даме» очутиться на ногах. – Но это вы на меня налетели.

– Я же еще и виновата! – захныкал Валера очень натурально. – Сесть помоги, а не держись за меня.